В соответствии с заявлением суда средней ступени Аба-Тибетско-Цянского автономного округа, Лоранг Кончок, 40 лет, и его племянник Лоранг Церинг, 31 года, “обвинены в преднамеренном убийстве”. Подсудимые были арестованы 13 и 15 августа 2012 года, а 31 декабря окружная прокуратура подготовила обвинение, в котором подчеркивается, что Лоранг Кончок пересылал "зарубежным контактам" информацию о самосожжениях, произошедших здесь в 2012 году.

По заключению прокуратуры, Лоранг Кончок подозревается в подстрекательстве к двум самосожжениям, имевшим место 16 и 28 марта. В заметке Синьхуа указано только, что в ходе этих актов скончались местные тибетцы Цедруп (Tsedrup) и Ценам (Tsenam), тогда как тибетские источники давали подробные сведения: 16 марта поджег себя 20-летний Лобсанг Цултрим, а 28-го сгорел Лобсанг Шераб, также монах монастыря Кирти.

Его племянник, как следует из текста, оказался под судом потому, что 9 августа 2012 года услышал о намерении 19-летнего скотовода по имени Джокба (Jokba) совершить самосожжение. Лобсанг Церинг сообщил об этом дяде, который сфотографировал юношу на мобильный телефон и пообещал передать его последние слова семье. Джокба, которого тибетские источники называют Чопа (Choepa), поджег себя и скончался на следующий день.

Прокуратура утверждает, что подозреваемые каким-то образом причастны к пяти актам самосожжения, которые сорвались из-за вмешательства китайской милиции. Что стало с этими тибетцами, не уточняется.

Зато приводятся подробности о том, что Лоранг Кончок поддерживал «тесные контакты» с представителем организации, выступающей за независимость Тибета, которая входит в так называемую "клику Далая". Этот представитель по имени Самтан якобы дал указания пересылать данные о самосожжениях за границу.

Хотя на русскоязычных пекинских сайтах уже сообщалось о подготовке этого процесса, на этот раз заметка появилась только на английском языке. Возможно, это связано с общим недоверием к обвинению, основанному на признательных показаниях тибетцев. Материковый Китай имеет репутацию страны, где пытки в ходе следствия являются обычным делом.

Напомним, что аналогичный процесс планируется в округе Канлхо (кит. Хэцзо, провинция Ганьсу), откуда на днях через Синьхуа была распространена информация об аресте “главных подозреваемых в причастности к организации самосожжения“. Обвинение против этих 7 тибетцев также строится на предполагаемых контактах с членами Конгресса тибетской молодежи (то есть, организации, выступающей за независимость Тибета) и пересылке фотографий за границу.

Между тем из той же провинции Ганьсу поступила информация о закончившейся гибелью попытке самосожжения в уезде Лучу (кит. уезд Луцюй, тибетский автономный округ Ганьнань). 19 января в районе Шицанг Пунгкор (Shigtsang Pungkor) был обнаружен мертвым 17-летний Джигдже Кьяб (Jigjey Kyab), лежавший на многолюдной улице в пропитанной керосином одежде и с двумя зажигалками в руках. Он намеревался совершить самосожжение, но умер до того, как успел поджечь себя.

Перед своим огненным протестом он принял яд, чтобы наверняка не попасть живым в руки китайской милиции, подтвердил источник RFA. В некоторых предшествующих случаях выжившие после попытки самосожжения тибетцы подвергались ампутации конечностей, словесным оскорблениям, допросам и скверному обращению со стороны врачей и китайских чиновников в больницах. Состояние более чем десятка тибетцев, совершивших самосожжения, остается неизвестным.

В прощальной записке, найденной возле его постели родственниками, Джигдже Кьяб пожелал долголетия Далай-ламе и призвал тибетцев "восстать" против правления Пекина. "Молюсь, чтобы мои мечты исполнились. Если ты сын своей матери – восстань. Восстаньте, сыновья страны снегов. Певцы Страны снегов восстаньте. Пусть Его Святейшество Далай-лама проживет тысячи кальп. Выражаю мое почтение снежному льву. Возношу молитвы за счастье Тибета", приводит перевод записки информационный сайт Phayul. Снежный лев является национальным символом Тибета.

Далее в записке, датированной 19 января (день огненного протеста), он трогательно взывает к родителям: "Папа и мама, надеюсь, что вы сможете позаботиться о себе. Вы мои самые любимые люди в этом мире. Я верну вам вашу доброту в следующей жизни".

Джигдже Кьяб был кремирован уже через три дня, 22 января. У него остались отец Дхугкар Кьяб (Dhugkar Kyab), мать Деки Цо (Dekyi Tso) и сестра Чокьонг Цо (Choekyong Tso). Родители вспоминают его как “послушного и воспитанного мальчика, искренне интересовавшегося рассказами о тибетцах, принесших себя в жертву во имя народа”.

Фотокопия записки и прижизненный снимок юного тибетца размещены на зарубежных сайтах. После этого инцидента к семье усопшего приходили с допросами агенты китайских органов безопасности.

Вполне вероятно, что и в данном случае появятся уголовные обвинения, связанные с пересылкой сведений для публикации за границей.

Валерий Никольский

http://savetibet.ru