Эпоха викингов, однако, не принадлежит исключительно истории Западной Европы. Мы видели, сколь активно вели себя выходцы из Скандинавии и на территории Европы Восточной — на Руси и в Прибалтике, а также в пределах Византии. Именно там, как мы помним, оказался и будущий герой Стамфорд-Бриджа — Харальд Суровый. Пребывание этого норвежского принца при ромейском дворе и в императорской армии оставило свой след в самых разных источниках.

В первую очередь к таковым относится Сага о Харальде Суровом, вошедшая в состав Круга земного (Хеймскринглы), столь часто поминаемого нами и принадлежавшего, видимо, перу исландского историка Снорри Стурлусона.

Мы уже достаточно подробно говорили об особенностях саги как литературного жанра и как исторического источника; однако отметим еще раз: чем дальше от Исландии происходят события, описываемые в саге, тем более текст нуждается в критическом осмыслении, ибо основывается на рассказах людей, которые знали, что проверить их правдивость будет очень трудно.

Именно поэтому роль норманнов в истории далеких стран — Руси и Византии — оказывается в сагах весьма и весьма преувеличенной, хотя изложение и основывается на вполне реальных исторических событиях.

Об этом следует помнить и тогда, когда мы анализируем тексты, повествующие о пребывании на Руси норвежских королей (Олава Трюггвасона, Олава Святого, Харальда Сурового), а также столь ценный источник, как Прядь об Эймунде.

Итак, Харальд Сигурдарсон оказался в Византии после нескольких лет, проведенных на Руси при дворе князя Ярослава Мудрого. После смерти Мстислава Владимировича (1036) страна объединилась; надобность в услугах норманнских наемников и их высокородного предводителя отпала. Скорее всего, именно к этому времени и надо отнести прибытие Харальда и его людей в Константинополь, где скандинавы оказались как нельзя более кстати.

Империя переживала период тяжелого кризиса, без особого успеха отстаивая свои рубежи и преодолевая внутренние осложнения.

Недавнее могущество, достигнутое во время правления Иоанна I Цимисхия (победителя Святослава) и Василия II Болгаробойцы (триумфатора в затяжной борьбе с болгарским царством) постепенно сходило на нет в царствование брата последнего — престарелого Константина VIII (1025—1028).

Не чувствуя себя способным поддерживать престиж Империи, этот император проявлял активность в основном в делах внутренних. Вот как описывает происходившее тогда младший современник этих событий Михаил Пселл.

“Уже старик, не способный вести войну, он раздражался от любого дурного известия, и, когда наши соседи-варвары поднялись против нас, успокаивал их титулами и дарами, с восставшими же подданными расправлялся беспощадно и, если видел в ком бунтовщика и мятежника, наказывал без следствия и принуждал к повиновению не милостью, а разнообразными и жестокими пытками.

Человек вспыльчивый, он легко поддавался гневу, верил любым наговорам, особенно если подозревал, что кто-то покушается на царскую власть, и карал за это сурово: злоумышленников он не подвергал опале, не изгонял и не заключал под стражу, а немедленно выжигал им глаза железом. Такое наказание он определял всем за проступки тяжелые и легкие, независимо от того, действительно человек виновен или только дал пищу для слухов, — ведь царь не заботился, чтобы наказание соответствовало прегрешению, а хотел лишь избавить себя от беспокойства”.

Другой византийский историк — Скилица — также сетует на преследования Константином VIII представителей знати, а также на засилье при императорском дворе евнухов, которые “всё наполнили беспорядком и смутой и чуть было не погубили царство”.

В таких условиях возрастала роль иностранных наемников, ориентированных исключительно на персону базилевса и не имевших связей в кругах потенциальных заговорщиков.

Наемники издавна существовали в византийских вооруженных силах. Еще Василий II получил от Владимира Святославича шеститысячный вспомогательный корпус “тавроскифов”, к которым “добавил других чужеземцев” и использовал сформированный отряд для подавления мятежей.



http://www.historycivilizations.ru/library/historyrussia/184.htm