Кубанская власть, решив прислушаться к мнению простых людей, пока отказалась от переименования столицы края Краснодара в Екатеринодар. Однако перелицовка продолжается. Правда, теперь процесс идет на уровне названий улиц и переулков. Как правило, с аншлагов исчезают имена героев и легенд советской эпохи — пусть привычные всем ныне живущим кубанцам, но плохо соответствующие требованиям современной государственной и региональной идеологии.


С новыми силами и повышенным рвением в городах и поселках — и Кубань отнюдь не стала исключением — местные лидеры бросились выискивать «вызывающие» названия улиц после смены федерального правительства. Точнее, после появления в нем Владимира Мединского, занявшего пост министра культуры. Этот человек всегда был ориентирован на Запад и воспевал его ценности, тем большее недоумение вызвало назначение на должность, которая подразумевает уважительное отношение к истории России.

Главными достижениями Мединского в период исполнения министерских обязанностей стали письмо гендиректору одной федеральной телекомпании с настоятельной рекомендацией пускать в эфир 22 июня фильм «Служу Советскому Союзу» и инициатива начать переименование улиц. Конкретно — убрать с аншлагов фамилию Петра Войкова, имя которого ассоциируется с расстрелом в Екатеринбурге царской семьи.

На Кубани первыми откликнулись на идею в Сочи. Губернатор Краснодарского края Александр Ткачев оказался совсем не против. Правда, отметил, что такие решения должны приниматься только с учетом мнения жителей. Любопытно, что в Москве, где имя политического деятеля советской эпохи носят большая улица и станция метрополитена, совершенно не торопятся прислушаться к Мединскому.

Вне контекста исторической оценки личности Войкова в последнее время все отчетливее прослеживается стремление нынешней власти нивелировать значение советского периода и, наоборот, возвысить образ России царской. Чем-то иным скорое появление в Краснодаре улиц имени Алексея Брусилова и Лавра Корнилова объяснить нельзя. Кстати, если первый верно служил и царю, и революции, то личность второго вполне недвусмысленно связывается со зверствами возглавляемой им Добровольческой армии, в том числе и на Кубани.

Впрочем, смутное время Гражданской войны не дало шанса остаться в белых одеждах никому — ни красным, ни белым. Тем меньше оснований заменять на аншлагах улиц одни фамилии на другие. Или присваивать их новым улицам растущего города — как в случае с Корниловым.

Говорят, история — самая конъюнктурная из всех наук. Она способна любого злодея сделать героем и примером для подражания. Был бы заказ действующей здесь и сейчас власти, а уж историки свою работу проведут на ура. И обоснуют, и заклеймят, если вдруг стало нужно. Везде так было и так будет.

Но на Кубани процесс приобретает самые крайние формы — до инициативы Мединского или после, неважно. Убирают ведь не только имена тех, кто не вписывается в «правильную» оценку тех или иных событий. Можно понять, когда площадь Октябрьской революции превращается в Театральную, или когда анафеме предается имя эсера Ивана Каляева, боровшегося с царизмом, за что и казненного. Но ведь бесцеремонно срывается и выбрасывается в мусор аншлаг с фамилией Есенина! В чем провинился поэт? Уж его-то памяти, кажется, никакая девальвация не грозит?

Между тем в Кропоткине именно это и произошло. Действительно, Мурат Ахеджак был заметным и многое определяющим в жизни Кубани человеком, но неужели в городе не нашлось для увековечения политика иной улицы? Да и как бы сам Мурат отнесся к такому решению? В каждом населенном пункте края вдоволь своих Длинных, разнообразных Проездов, Кирпичных, Коротких и прочих…

Еще к слову о деятелях культуры. Когда о память великого Есенина вытирают ноги, как-то смешно говорить о придании улицам Краснодара имен таких писателей, как Петр Придиус, Аркадий Первенцев, Виталий Бардадым, Иван Варавва. Но вот депутаты городской Думы об этом в прошлом году всерьез размышляли. Сейчас, вроде бы, уже нет. Возможно, не сочли вышеназванных литераторов достойными такой чести.

Как бы то ни было, ситуация остается тревожной. Стремление взвесить, кто истории более ценен и важен, ни к чему хорошему привести не способно в принципе. Люди чутко определяют мотив власти и движущую ею текущую политическую конъюнктуру. С топонимической политикой нужно быть осторожнее, некоторые «инициативы» могут лишь усилить антагонизм между разными слоями населения. Разве это кому-нибудь нужно?

http://kuban.mk.ru/article/2012/11/20/776594-ne-ta-istoriya.html