Праздник 23 Февраля является не просто искусственным, но оскорбительным для отечественных ВС, поскольку он знаменует собой дату величайшего позора за всю их многовековую историю. Тем не менее он всё равно становится поводом для обсуждения армейских проблем.

По всему по этому в новой России необходимо было строить армию с нуля, параллельно существующей, с целью её постепенной замены. Именно так в начале XVIII века поступил Пётр I, его потешные полки, заменившие архаичное стрелецкое войско, менее чем за 20 лет превратили Россию из дикого медвежьего угла Евразии в европейскую сверхдержаву. Увы, эта задача не была осознана в 90-е, не осознана она и до сего дня, хотя нисколько не утратила актуальности. Война с Грузией в очередной раз выявила все указанные выше недостатки российской армии. Нам просто повезло с противником. Никакими полумерами проблему решить нельзя, необходим комплексный системный подход. То есть постепенное создание принципиально новых армейских структур, изначально построенных под новые концепции.

Новая старая военная доктрина хоть и имеет некоторые отличия от своей предшественницы 10-летней давности, но вести на её основе военное строительство по-прежнему крайне затруднительно. Как это ни удивительно, в столь важном официальном документе просматривается очень сильный элемент пропаганды.

Впрочем, доктрину можно считать истинным шедевром военной мысли на фоне военной части доклада ИНСОРа. Здесь налицо поразительная смесь элементарной некомпетентности и стандартных либеральных штампов (главный из них, разумеется, — «профессиональная армия»). В очередной раз убеждаешься, что российские либералы не предлагают никакой настоящей альтернативы нынешнему положению в стране. Они не то что не способны породить какие-то новые идеи, но даже не могут осмыслить уже имеющийся отечественный и зарубежный опыт.

В связи с этим в очередной раз возникает сакраментальный русский вопрос «Что делать?».

«Частный корреспондент», в общем-то, с момента своего создания занимается ответом на этот вопрос. В статье «Потешные полки» была обоснована идея создания в стране параллельной армии с целью замены «Советской армии Российской Федерации», которую мы имеем до сих пор.

Схема реализации этой идеи примерно такова.

1. Создаётся специальный орган, будущее министерство обороны. Этот орган подчиняется напрямую президенту страны и ни в коем случае не нынешнему МО.

2. Первой задачей данного органа является определение задач, которые должны стоять перед ВС РФ в обозримом будущем, исходя из геополитической ситуации в мире и вытекающих из этой ситуации внешних угроз для РФ.

3. Следующей задачей будущего МО должна стать разработка концепции того, какими должны быть ВС РФ (с точки зрения численности, видовой и территориальной структуры, количества и качества вооружений и техники, способа комплектования, порядка прохождения службы и т.д. и т.п.) для того, чтобы эффективно решать поставленные задачи. При этом следует исходить из того, что сейчас ни ВС, ни ВПК у России нет (кстати, такое допущение будет не очень далеко от истины).

4. Затем определяется цена вопроса, то есть затраты на строительство новых ВС, последовательность шагов по их созданию и, что, наверное, важнее всего, критерии отбора личного состава для новых ВС. Здесь качество заведомо будет важнее количества.

5. После этого решается вопрос, до какой степени существующие ВС могут использоваться для строительства новых. При этом заведомо следует исходить из того, что интересы новых ВС всегда первичны, существующие ВС — лишь ресурс для их строительства. Который следует (или не следует) использовать исходя из того, насколько это эффективно и целесообразно. Разумеется, все социальные обязательства перед военнослужащими нынешних ВС государство обязано будет выполнить в полном объёме.

6. Наконец, начинается этап реального строительства новых ВС. Формируются военные учебные заведения для подготовки личного состава для новых ВС (на базе существующих или с нуля — также определяется исходя из критериев эффективности и целесообразности), а предприятиям ВПК выдаются заказы на производство первых образцов вооружений для новых ВС. При этом следует исходить из того, что, если отечественный ВПК не способен произвести какие-то из необходимых образцов, следует выходить с заказами на мировой рынок вооружений.

Если Россия действительно приобретёт «Мистраль», в этом будет один безусловно положительный момент: наш оборзевший от своей полной безнаказанности и безальтернативности ВПК поймёт, что больше он не сможет навязывать вооружённым силам не то, что им нужно, а то, что он способен создать, да ещё и не постояв за ценой. Похоже, наверху произошло осознание того факта, что задачей ВС является оборона страны, а не поддержание на плаву ни на что не способных предприятий во главе с зарвавшимися «менеджерами». Если они не могут дать армии и флоту нужное им оружие — мы купим его за рубежом.

7. При наличии достаточного количества личного состава и новых образцов вооружений и техники начинается формирование первых частей новых ВС. Они становятся учебными и экспериментальными, с учётом их опыта формируются следующие части и соединения, вносятся коррективы в систему образования и подготовки личного состава, в требования к ТТХ боевой техники.

8. По мере формирования новых частей и соединений существующие ВС сворачиваются. Как уже было сказано, все социальные обязательства перед военнослужащими нынешних ВС государство обязано будет выполнить в полном объёме. Соответственно, нынешнее МО также ликвидируется, выполнив роль ликвидационной комиссии ВС.

Естественно, облик новых ВС определяется исходя из того, какие задачи им предстоит решать, то есть какие угрозы отражать. Об этом «Частный корреспондент» писал очень много.

В целом все статьи про ситуацию в Китае призваны показать, что разговоры о китайской угрозе — не страшилки и не паранойя. Это «медицинский факт». Современный Китай представляет собой беспрецедентный в мировой истории социальный феномен. Эта самая беспрецедентность и сложность проблем в совокупности с закрытостью китайского общества (которая усугубляется наличием культурного и языкового барьеров) и ведут к тому, что человечество не понимает сути происходящего. Которое от этого, увы, не перестаёт происходить.

Главная угроза — это, разумеется, Китай. При этом существует достаточно серьёзная угроза со стороны одного из членов НАТО, а именно США. Она может воплотиться в единственной форме — нанесении обезоруживающего удара по российским СЯС и добивании остатков с помощью ПРО.

Таким образом, США легко пожертвуют своими СЯС (ещё и деньги сэкономят), чтобы минимизировать наши. СЯС обременительны, поскольку поглощают огромные средства, при этом их невозможно применить в реальном бою. Поэтому их можно сократить и оставить лишь как некую суперстраховку на самый крайний случай. А все проблемы решить с помощью высокоточного неядерного оружия. Без всякой всемирной экологической катастрофы американцы смогут обезвредить наши СЯС с помощью высокоточного оружия (в первую очередь — КРМБ), а немногочисленные остатки добить с помощью ПРО морского базирования.

Что касается международного терроризма, то эта угроза, конечно, имеет место, но преувеличивать и фетишизировать её нет никакой необходимости.

Потенциальные противники — «объективная реальность, данная нам в ощущениях». Потенциальными противниками России их делают их национальные интересы. В наших силах лишь сделать цену агрессии против нас настолько высокой, чтобы у противника полностью исчез соблазн её совершить, даже если очень хочется.

А вот союзники — это то, что зависит от нас самих. Про то, как Россия утрачивает свои позиции даже в СНГ, шла речь в статьях «Союз во имя иллюзий», «Памяти сферы влияния», «Причина для КСОРы».

Вполне очевидно, что если главной угрозой является Китай, то надо искать союзников по принципу общности противников. В первую очередь речь идёт об Индии. К сожалению, мы сами отталкиваем её от себя, заставляя дружить с Пекином, а не против него, как хотел бы Дели. Об этом говорилось в статьях «Уйдёт ли слон от медведя к орлу», «ШОСБРИК уральский», «Очень Большая Тройка».

Треугольник Москва — Дели — Пекин существует лишь в воображении некоторых кремлёвских «стратегов».
Кроме вышеупомянутого территориального спора, между Пекином и Дели стоит конфликт гораздо более серьёзный — по поводу Тибета. К этой провинции КНР у Индии особое отношение по причинам конфессионального характера. Из-за специфических методов, применяемых Пекином для удержания Тибета в составе Китая, Дели вряд ли может пойти на союз с ним.
Индия и Китай являются прямыми конкурентами в борьбе за дефицитные ресурсы и за рынки сбыта своей продукции.
Наконец, политическая основа для союза также отсутствует.

Весьма полезным союзником могла бы стать объединённая Корея (см. статью «Скрытая сверхдержава»), но здесь от нас, увы, зависит немного. И очень хорошо было бы дружить с Японией, но пока отношения лишь ухудшаются .

В целом, исходя из вышесказанного, можно отметить, что перед российской армией стоят задачи более сложные, чем перед любой из армий мира. Слишком многоплановы и разнонаправлены угрозы, которые ей придётся парировать. Нам надо готовиться и к тяжелейшей войне с Китаем, войне традиционного типа, только, в отличие от предыдущих наших войн, противник будет обладать колоссальным количественным превосходством, а сейчас к нему переходит и качественное. Нам надо готовиться к высокотехнологичной войне против США. Нам надо готовиться к противопартизанской войне, причём как на своей территории, так и за её пределами.

Подробное описание облика новых ВС в рамках одной статьи не представляется возможным, для этого понадобится серия отдельных статей. Можно сказать лишь о некоторых моментах.

При этом совершенно непонятно, зачем нам вообще этот договор, который по определению будет написан в парадигме холодной войны. Никакого паритета с США у нас уже нет и, увы, быть не может. Не только в сфере СЯС, но и вообще ни в чём. Ну и что нам от этого? Не будут они наносить по нам удар. По крайней мере ядерный. Если нам чего и бояться, то их крылатых ракет с обычными зарядами, а не баллистических с ядерными.

В новых ВС РФ следовало бы полностью разделить административные и оперативные функции. Министерство обороны должно стать органом главным образом гражданским, осуществляющим административное руководство ВС. В его задачу входят комплектование ВС личным составом, вопросы социального обеспечения военнослужащих, закупки вооружений и техники, военное планирование, связи с гражданскими органами и обществом, международные контакты.

Оперативное руководство ВС осуществляется Главным командованием, которое получает приказы от президента и министра обороны и руководит командованием стратегических сил (оно также включает силы воздушно-космической обороны, то есть ПРО, и космические войска), командованием сил общего назначения (которое включает стратегические командования «Запад», «Юг» и «Восток») и командованием специальных войск (оно включает собственно спецназ и информационные войска).

Информационная война постепенно становится не менее важной, чем традиционная война. И предстаёт эта война в самых разных формах. Согласно современным взглядам, принятым в США, информационные операции (там этот термин сейчас используется для замены термина «информационная война») представляют собой защиту своих информационных систем и одновременное воздействие на информационные системы противника с целью затруднить или сделать вообще невозможным принятие им верных решений. Информационные операции делятся на радиоэлектронную борьбу (РЭБ), психологические операции, сетевые операции, мероприятия по оперативной маскировке и по обеспечению безопасности собственных сил и средств.

О том, как должны выглядеть в идеале наши стратегические силы, речь шла в статье «Неуловимые СЯС». Увы, в этой области мы не принадлежим себе. Скоро, видимо, с США будет подписан СНВ-3, о котором «Частный корреспондент» писал в статье «Ненужный договор». Он и определит облик наших СЯС.

Информационные войска становятся очевидной необходимостью, о чём говорилось в статьях «Смертельная сеть» и «Битва матриц». В США, КНР, обеих Кореях, Израиле такие войска уже созданы.

О неприемлемости для России так называемой профессиональной армии речь шла в статье «Хорошо подготовленные профессионалы». К сожалению, данная либеральная догма вбита в мозги очень глубоко. На самом деле принцип комплектования ВС определяется не наличием/отсутствием в стране демократических институтов, а только и исключительно тем, существует ли для страны опасность крупномасштабной внешней агрессии. Если такая опасность есть (а для нас она очень даже есть), необходима призывная система комплектования и мобилизационный характер ВС. Но это предмет отдельного обсуждения. Как и условия прохождения службы рядовым и офицерским составом. И разговор о том, что должна армия обществу и что должно общество армии.

http://www.chaskor.ru