Предполагаемая смертница, взорвавшая автобус в Волгограде, работала в Москве в крупном кадровом агентстве и в сотовой компании, где, возможно, вербовала сообщников, пишет в четверг газета "Известия" со ссылкой на источники в спецслужбах.

Ранее официальный представитель Следственного комитета РФ Владимир Маркин сообщил, что Асиялова последние годы жила и работала в Москве. Одно из последних мест ее работы, по словам Маркина, столичная коммерческая компания.

Как пишут "Известия", по одной из версий, смертница должна была устроить теракт в столице. "Если смертница собиралась взорваться в Москве, значит, у террористов были сообщники и явочные квартиры в столичном регионе. И сейчас брошены все силы, чтобы установить пособников", — рассказал газете источник, близкий к следствию. Правоохранители не исключают, что подручных Асиялова вербовала сама — она жила в Москве семь лет, у нее было много знакомых. По данным издания, в столице Асиялова сначала работала в турецкой строительной фирме, а затем в кадровом агентстве.

"Работа в большой кадровой компании — настоящий клондайк для опытного вербовщика, через которого проходят сотни анкет и людей", — отметил собеседник "Известий" в правоохранительных органах. Кроме того, по данным газеты, силовики проверяют и одну из крупных сотовых компаний в Московском регионе, в которой работала Асиялова. "Она могла вербовать, работая в сотовой компании, Асиялова была отличным психологом и опытной вербовщицей", — говорит источник газеты.

"Специалисты уже составили психологический портрет волгоградской смертницы, и он отличается от "черных вдов", которые до сих пор совершали теракты. Эксперты считают, что у Асияловой не было мотива личной мести (например, убитого мужа-боевика), как у большинства "шахидок", или желания "очиститься" — как это бывает с женщинами-террористками, которых обесчестили эмиссары террористических организаций", — пишут "Известия".

По данным издания, родственники Асияловой не разделяли ее взглядов. "Среди террористов-смертников часто встречается стремление "избавления от негативной идентичности", так называемого одиночества безродного человека, не понятого близкими", — сообщил источник газеты.

По данным СМИ, Наида Асиялова являлась гражданской женой Дмитрия Соколова — жителя Подмосковья, уехавшего в Дагестан и примкнувшего там к местному бандподполью. 30-летняя уроженка Буйнакска Асиялова и Соколов, который младше ее на 10 лет, познакомились в сети благодаря "общим интересам": к тому моменту Соколов интересовался религией, оружием и изготовлением взрывных устройств. Асиялова переехала к нему в Москву и стала его гражданской женой. Позже Соколов стал изучать арабский язык и после одного из занятий не вернулся домой. По данным силовиков, он примкнул к бандподполью в Дагестане, а сделать этот шаг его убедила именно Асиялова. Другие подробности о причастных к теракту в Волгограде читайте в материале "Муж подорвавшей автобус террористки причастен к теракту в Махачкале".

По данным СМИ, дагестанские боевики Руслан Казанбиев и Курбан Омаров, которых также подозревают в участии в организации взрыва в волгоградском автобусе, могут быть причастны к серии убийств и терактов, в которых погибло 16 человек.

"Сидели на задних сиденьях. Мы всегда там сидим. Ну там ржали с друзьями, все как обычно, — рассказывает 19-летний Алексей, студент колледжа. — Вдруг — как удар по голове. И белая яркая вспышка". Алексей не сразу понял, что это взрыв. Парень получил многочисленные ранения и сейчас тоже госпитализирован. "Потом мы вспоминали с друзьями — мой друг видел эту девушку, обратил на нее внимание. Она была в хиджабе", — вспоминает Алексей. 

Обозреватель РИА Новости Вадим Дубнов: "Лет десять назад в подполье были люди, представлявшие его значительную часть, и с которыми можно было хоть что-то обсуждать. Сегодня на месте того подполья — "лес", с разными лидерами и еще более разными людьми, многим из которых просто некуда возвращаться, и потому их уже совершенно не волнует идея, за которую они умрут. Умрут вместе, если получится, с волгоградцами или москвичами. Безо всякого смысла, без прагматического мотива, без вменяемой цели, которые могли бы сделать действия террористов хоть в какой-то степени предсказуемыми и потому предотвратимыми. Способов борьбы с таким терроризмом, который существует не для какой-то, пусть самой жестокой цели, а лишь ради самого терроризма, еще никто не нашел."