М.Н. Бутырский
Армения-Россия: диалог культур
История церквей и народов
Нашему современнику, особенно среднего и старшего возраста, все еще трудно свыкнуться с реальностью «ближнего зарубежья». Это тем более нелегко, когда речь идёт о народах и странах, пути которых в мировом историческом процессе пересеклись давно и прочно. Россия и Армения – именно такие страны, уже много веков живущие «по соседству», словно бы вопреки жребию, данному им природой.
Кажется, география сделала всё, чтобы развести эти страны друг от друга, отдалив жаркие южные нагорья от холодных северных равнин, где лежат коренные области двух народов. Но разъединённое природой связала история, многовековая работа человеческого духа и мысли. Разница исторических судеб не мешала ощущению давней близости, и в этом исключительно велика роль христианства. Столетие за столетием вера формировала образ народов в глазах друг друга, объединяя, но в чем-то и разъединяя русских и армян. Эти сложные взаимосвязи шли через Византию, и её мощное опосредующее воздействие на весь восточнохристианский мир предопределило историю церквей обоих народов.
Христианская церковь Армении – одна из древнейших в мире. Тертуллиан упоминает армян как народ, принявший христианство, в книге «Против иудеев» (197 г.). По сообщению Евсевия Памфила, в середине 3 в. армянские христиане были организованы в общину с епископом Меружаном во главе. Первые миссионеры прибывали сюда из Сирии, и влияние сирийского христианства на армян в 3-5 вв. было особенно сильным. В 301 г. Армения стала первой страной, где христианство было признано государственной религией. Страну крестили Григорий Лусаворич (Просветитель), первый Католикос Армянской Церкви (302-326 гг.), и царь Трдат III (287-330 гг.), первоначально гонитель христиан, заточивший Григория на несколько лет в темницу Арташата. Принятие христианства связывается с мученичеством свв. дев Рипсимеянок в Вагаршапате, болезнью царя Трдата, которую позднейшая традиция представила в виде наделения кабаньей или свиной головой, и чудесным его исцелением по молитве Григория. Царь вместе со своим двором принял христианство, а Григорий был рукоположен в епископы Армении (католикос – «всеобщий пастырь») греческими иерархами в Кесарии Каппадокийской. Все эти события были описаны в первой «Истории Армении», созданной Агафангелом в начале 5 в. и впоследствии переведённой на многие языки, включая славянский.
В Вагаршапате, на месте видения Григорию образа Господа, был выстроен кафедральный собор Эчмиадзин (по-армянски «сошёл Единородный»), называемый также «Матерью-Церковью». Здесь до 484 г. находился престол католикоса, перенесённый потом в Двин, следом в Киликию (11-15 вв.) и возвращённый в Вагаршапат в 1441 г. Армянская церковь в 4-5 вв. была частью единой вселенской церкви, принявшей Никео-Царьградский символ веры. Уже в ранге автокефальной епископии, она до 439 г. возглавлялась потомками Григория Просветителя, чей культ был учреждён во второй половине 4 в. и дал армянской церкви название григорианской. Тогда же её начала были официально возведены к проповеди апостола Фаддея.
В сравнении с армянской русская церковь гораздо более молодая. С момента своего образования и в течение полутысячелетия она была частью византийской церкви, в 988-1448 гг. как митрополия Константинопольского патриархата, а в 1448-1589 гг. как автокефальная митрополия, преобразованная в 1589 г. в Московский патриархат. Служба на славянском языке с самого начала не препятствовала точному и полному усвоению византийского христианства, верности ортодоксальному православию и константинопольской матери-церкви на протяжении долгих столетий.
Встреча Руси и Армении внутри огромного и разнообразного христианского мира носила характер парадоксальный. Византийская традиция, которую целиком восприняла Русь, почитает основателя армянской церкви св. Григория Просветителя и святых Дев Рипсиме и Гаянэ, одновременно расходясь с григорианской церковью в важнейшем вопросе о понимании личности Христа. Размежевание произошло в 5 в., когда в полемике с еретическим несторианством оформилось монофизитское богословие. Его адепты настаивали на единстве личности Христа, основанном на единственности Его божественной природы и умаления человечности. Монофизитство быстро утвердилось среди христиан Сирии и Египта, отказавшихся от общения с православными. Представители армянской церкви не участвовали на IV Вселенском соборе в Халкидоне (451 г.) и не признали халкедонитского определения о «нераздельном и неслиянном» соединении обеих – божественной и человеческой – природ во Христе. В 506 г. на первом Двинском соборе умеренное монофизитское христианство, исповедовавшее «единое существо и единое лицо из двух естеств во едином Иисусе Христе» по воплощении, стало официальным вероучением армянской церкви. Вместе с нею тогда монофизитскую доктрину восприняла и грузинская церковь, но в начале 7 в. она вернулась к православию-халкедонитству. Попытки преодоления раскола повторялись неоднократно, накануне арабского завоевания халкедонитство приняли некоторые католикосы, но помимо армян – подданных Византии лишь часть григорианского епископата и мирян впоследствии воссоединилась с «имперской церковью» Константинополя. Они образовали культуру т.н. армян-халкедонитов, отличавшуюся близостью греческим и грузинским традициям. Византийцы называли их «цатами» или «ивирами», тем самым отождествляя с грузинами и внося путаницу в источники. Православные армяне-халкедониты никогда не составляли большинства населения этой страны. Их епископы в 11-12 вв. находились под юрисдикцией Константинополя, в 13 в. – грузинского католикоса. Григорианское христианство (армяне не приемлют определения своего вероисповедания как монофизитства) стало выразителем национального самосознания народа.
Продолжавшаяся догматическая полемика (например, в 10 в. грек Никон Метаноит оставил сочинение «О безбожной вере армянской», где собрал как действительные, так и мнимые обвинения армянам-григорианам) не препятствовала сближению церквей, что с наибольшей силой проявилось в 12 в. Тогда по инициативе светских властей между армяно-григорианской и византийской церквями было достигнуто соглашение об условиях будущего воссоединения, но его время так и не пришло.
Русская церковь унаследовала это двойственное восприятие армянского христианства. Уже в киевский период в житии св. Феодосия Печерского армяне обличаются как еретики наравне с латинянами и иудеями (Феодосий «препирался с ними о вере во Христа, укорял и обличал их, называл отметниками и беззаконниками…»). Но наряду с этим в Киеве и Новгороде ширилось почитание армянских святых, зафиксированное по русским богослужебным книгам и памятникам изобразительного искусства. В Остромировом Евангелии, самом раннем напрестольном евангелии 1056 г., содержатся чтения по дням памяти «святаго Григория в Армении» под 30 сентября и «дев Рипсимэ» под 26 сентября. В древнейшей церковнославянской переводной служебной Минее (1095-1097 гг.) под 30 сентября значится память «священномученика Григория Великой Армениа и Гайанки и Рифимии». Их живописные образы появились в росписях новгородского храма Спаса на Нередице 1199 г. Св. Григорий изображён между свт. Игнатием Богоносцем и Фокой Синопским в составе святительского чина на южной стене апсиды, в жертвеннике среди святых жён представлена св. Рипсимия (Рипсимэ). Почитание армянских святых русской церковью было частью общевизантийской традиции, где 30 сентября было днём чествования армянского равноапостольного святого. Текст его жития был отредактирован Симеоном Метафрастом в конце 10 в. и вошёл во все православные минологии. Мощи св. Григория с 9 в. лежали в Софийском соборе в Константинополе, где им в 1200 г. поклонился новгородский паломник Добрыня Ядрейкович, а его мозаический образ сохранился в столичном монастырском храме Богоматери Паммакаристы (начало 14 в.).
В поствизантийский период общерусский культ св. Григория нашёл отражение как в архитектуре – в посвящении собора 15-16 вв. новгородского Хутынского монастыря и одного из алтарей московского Покровского собора «что на Рву», так и в иконописи. В новгородских иконописных подлинниках конца 16 в. и позднейших внешность св. Григория описывается следующими словами: «подобием рус, аки Василий Кесарийский; брада посветлее Васильевы, с проседью; риза святительская богородичь, в омофоре, исподь празелень дымчат, патрахиль вохра блед; власы оброслый, сух же и черен». В Сийском иконописном подлиннике 17 в. описана чрезвычайно редкая житийная икона Лусаворича с подробным «рассказом» его деяний: «… от Бога гнев послася, Тиридат армянский царь в вепрь преложися. Сестра же его Кусородукта (Хосровадухт) в видении от ангела виде глаголюща ей: никакоже рече Тиридату язвы избыти возможет, аще не испущен буде святый Григорий из рова. В язве же Тиридат и люди его быша 68 дней. Испущен же бысть святый Григорий, и абие молитвою исцели его и святым крещением царя Тиридата и землю его просветиша». Икона св. Григория, выполненная по этому канону, была вложена царем Алексеем Михайловичем в Успенский собор Смоленска, отстроенный заново после возвращения города России. Она не сохранилась, но известна другая, тоже 17 в., из собрания Гос. Русского музея, на которой в 16 клеймах представлены деяния святителя Армении, а в среднике изображён он сам – в полный рост, с омофором поверх крестчатой фелони и в тёмно-синем подризнике, обращённый к поколенному образу Спасителя в левом верхнем углу.
В 13 в. есть примеры и обратного взаимодействия. В «Айсмавурк» (синаксарь, он же Пролог) вардапета Тер-Исраэля, происходящий из Киликийской Армении, был вставлен перевод житийного текста святых князей Бориса и Глеба под названием «История святых Давида и Романа» (христианские имена невинноубиенных князей). Под 24 июля он с разной степенью переработки был включён в позднейшие сборники богослужебных текстов 14-15 вв. В научной литературе развернулась дискуссия о том, как почитание Бориса и Глеба вошло в армянскую практику, и, в частности, с русского или греческого текста жития был сделан армянский перевод (святые князья были известны в Византии, около 1200 г. в пригороде Константинополя существовал храм в их честь).
Почитание Григория Просветителя русскими, а князей Бориса и Глеба армянами – первое зримое выражение контактов, с которых начиналось общение Руси и Армении, принимавшее со временем всё более разнообразные формы.
При разнице в вероисповедании, обряде и традициях между русской и армянской церквями отсутствовал антагонизм (в отличие от восприятия латинства). Первое развёрнутое опровержение «армянской ереси» по существу принадлежит Максиму Греку, выдающемуся богослову и книжнику 16 в. Однако его труд не был воспринят как злободневный и не повлиял на межцерковные отношения русских и армян. Армянская колония в России в это столетие растёт, а культ св. Григория Просветителя получает новые импульсы. Краткие и пространные жития Лусаворича вводятся в состав Прологов, служебных Миней и сборников душеполезного чтения, в летописи и хронографы. Во второй половине 16 в., с активизацией внешней политики русского царства, между народами завязываются более тесные отношения.
***
История страны неотделима от церковной историей народа, от истории его духа и веры. Век за веком Россия приближалась к Армении, придвигая свои южные границы к Кавказу, борясь с Турцией и Ираном, стремясь взять под своё покровительство христианские народы Закавказья.
Армении выпала подлинно трагическая судьба: древний и культурный народ был вынужден веками жить то под чужим господством, то в обстановке постоянных войн и разорений. Эпоха могущественного царства Тиграна Великого сменилась веками ослабления и раздробления страны, зажатой между крупнейшими державами региона. Армения – яблоко раздора между Римом и Сасанидским Ираном – в 387 г. была разделена ими на две неравные части, меньшую Западную и большую Восточную (Персармению). Под властью обеих империй царская власть в Армении скоро угасла. К 7 в. на месте прежнего царства в Восточной Армении существовало более пятидесяти обособленных княжеств. Если единоверческая Империя не преследовала религии своих новых подданных, то в Персии армянам пришлось с оружием в руках отстаивать право быть христианам. Зато под властью шахиншахов они сохраняли привилегии и самоуправление, тогда как на византийскую Армению было распространено административное деление империи.
После гибели державы Сасанидов в середине 7 столетия Персармения вместе со всем иранским Закавказьем подпала под власть Арабского халифата. Этим завершилась раннехристианская эпоха в её истории. Армяне впервые оказались под властью неведомого прежде народа, отношения с которым предстояло выстраивать с нуля. С приходом арабов произошли наиболее серьёзные перемены в этническом составе населения Армянского нагорья, вынуждавшие армян уходить на территорию империи. Первоначально сохранявшая относительную самостоятельность при арабах, Армения неоднократно разорялась ими в 8 в.
Национальное возрождение начинается в 9 в. С ослаблением Халифата армянское царство было восстановлено под властью рода Багратидов (885 г.), а в 961 г. его столица была перенесена в Ани, город «тысячи и одной церкви», где в то время проживало не менее ста тысяч человек, занимавшихся торговлей и ремеслом. Багратидов поддерживала Византия, вновь начавшая раздавать армянской знати имперские титулы и звания. Сами цари приняли древнеиранский титул «шаханшахов» - «царей царей», «венценосцев армян и грузин», поскольку под их скипетром соединились земли с армянским и грузинским населением. Но с авторитетом царской власти соперничал авторитет духовного владыки Армении – католикоса, власть которого простиралась гораздо шире власти светских владык Ани.
В начале 10 в. с зависимостью от халифата было покончено, однако страна не стала единой. Из государства Багратидов выделились другие царства и княжества – Васпуракан, Карс, Лори, Сюник, Тарон. Эти армянские государства были единственным могущественным оплотом христианства на Востоке, с ослаблением и политическим крушением которого Византия лишалась надёжных союзников. Однако империя сама подготовило их утрату. Достигшее апогея могущества при царе Гагике I (989-1020 гг.) государство армянских Багратидов было поглощено расширявшейся Византией в 1045 г. В последующие 20 лет империя аннексировала все независимые армянские и грузинские княжества на своих восточных границах. Болезненный процесс византинизации Закавказья был прерван нашествием турок-сельджуков, разорвавшим связи между империей и армянскими землями. В разгроме сельджуками Ани современники увидели предвестие конца существования армянского народа на исторической родине. Тогда начался его первый исход с родных земель.
Новое царство было создано вдали от Закавказья. Переселившиеся на северо-восточное побережье Средиземного моря армяне сплотились в Киликийское княжество Рубенидов (с 1080 г.), ставшее в 1198 г. царством и около 300 лет бывшее единственным независимым армянским государством. Сюда в 1149 г. из коренной Армении был перенесён престол католикоса всех армян (в 1441 г. он был возвращён в Вагаршапат). Титул католикоса Киликии до сих пор носит один из высших иерархов григорианской церкви. Киликийское царство открыло армянам путь в Европу, т.к. находилось на пути в государства крестоносцев на Востоке. Здесь вырабатывались новый литературный язык, новые формы искусства, обогащавшиеся западной культурой. Киликийское царство ненамного пережило эпоху крестовых походов и было разгромлено египетскими мамлюками в 1375 г.
В исторической Армении центры государственной жизни продолжали неуклонно перемещаться на север, от Двина к Ани, от Анийского царства в Грузию. После нашествия сельджуков Армения только на короткий срок смогла вернуть себе государственность благодаря родственной династии грузинских Багратидов, чьё могущество возросло в 12 в. Царь Давид Строитель отбил у турок Тифлис, а в 1124 г. Ани, после чего в северной Армении было создано сильное княжество армянских Закаридов, номинально зависимое от Грузии. В начале 13 в. возродившийся Ани насчитывал более ста тысяч жителей и более десяти тысяч домов. Расцвет царства грузинских Багратидов, успешно сдерживавшего натиск сельджуков, был прерван монголами Чингисхана. В 1236 г. все армянские области были завоёваны и жестоко разорены ими. Жизнь в Ани теплилась ещё около 100 лет, до начала новых нашествий, окончательно уничтоживших надежды на скорое возрождение Армении. В середине 14 в. Восточная Армения была разорена ордами Тамерлана, затем сюда ворвались туркменские племена Ак-Коюнлу и Кара-Коюнлу. Многие города были разрушены до основания, усилилась массовая эмиграция населения за пределы исторической родины, не прекращавшаяся столетиями. Одним из направлений этого исхода стала Русь.
***
Есть основания считать, что поселения армян на Руси существовали уже в киевский период. Это могли быть и григориане, и единоверные с русскими халкедониты. Последние уже в 12-13 вв., с укреплением в Армении позиций национальной церкви, стали массами переселяться в другие земли. Около 1390 г. летопись впервые сообщает об армянах в Московской Руси, прибывавших сюда через Крым и южнорусские земли. С установлением автокефалии, а затем и патриархии связи русской церкви с армянами начинают служить и политическим целям Московского государства в Европе и на Востоке. Армянские купцы из Крыма неоднократно выполняли дипломатические поручения русских князей и царей.
Настроения армянского народа середины 15 в. характеризуют слова одного из его поэтов, сказанные при известии о падении Константинополя: «Они проникнут в Персию, вплоть до Тавриза двинутся: Восстанут армяне, освобождённые от ига неверных». Эти стихи были адресованы франкам, от коих армяне тогда ждали освобождение. Симпатии к западу берут начало во времена Киликийского царства, близко познакомившегося с европейцами и бывшего активным проводником западных, католических влияний в армянскую среду.
С конца 15 в., времени Ивана III армяне впервые начинают связывать освобождение от османского и персидского ига с Русью, подобно тому, как греки и балканские славяне будут видеть в русских освободителей от турок. В середине 16 в. католикос Степанос Салмастеци в поисках союзниках для освободительной борьбы армянского народа после Рима и ряда европейских столиц приезжает в Москву. С переходом под власть русского царя черкесов Пятигорска, покорением Астраханского царства и Кабарды Россия вплотную подошла к границам Кавказа. Следствием этого стало усиление политических и торговых связей с народами Грузии и Армении, находившимися тогда под властью турецкой Османской империи и Сефевидской Персии. Турция владела некогда византийской Западной Арменией, Иран – Восточной. Долгие войны между этими державами за приграничные территории сопровождались массовыми депортациями коренного армянского населения, выводимого в Иран, разрушением городов и селений, выжиганием посевов. Очевидец писал в 1579 г., что турецкие войска «разрушили до основания многие церкви и монастыри, истребили много христиан – вардапетов и епископов, и священников и народ, замучили многих и увезли в плен неисчислимое множество людей…» Только в начале 17 в. на этих землях наступило некоторое спокойствие.
К этому времени многие армяне стремятся переселиться в Россию под защиту власти христианских царей. Челобитная Саркиса Аванесова (именуемого Саркиской) царю Михаилу Фёдоровичу (1632 г.) – одно из многих прошений такого рода: «Слышече твою государскую милость к нам, иноземцам, покинул своё житьё и род и племя своё … и пришёл служити тебе, государю, верою и правдою».
В 18 в. начинаются походы русских войск в Закавказье. Долгожданные надежды на освобождение, которые давно уже связывались армянами с русским царем, начинали сбываться. Армянские князья торопили Петра I: «У нас издавна была надежда на основании святых писаний и преданий предков, что через тебя должна наступить нам помощь, освобождение нашей страны и всех христиан». Часть армянского населения Гянджи считала себя подданными русского царя и называла его в письмах и обязательствах «нашим царём». Словами «Царю – покровителю христиан, покровителю мирян» начинались их обращения, адресованные Петру.
В 1780-х гг. появляются проекты освобождения Армении с помощью России, предусматривавшие переход страны под русский протекторат и ввод русских войск. Однако лишь в начале 19 в. кровопролитные русско-персидские войны завершились благоприятно для судеб христианских народов Закавказья. Первые армянские земли были присоединены к Российской империи по Гюлистанскому договору 1813 г., а Туркманчайский мир 1828 г. завершил переход Восточной Армении в русское подданство. Тогда впервые в истории произошла массовая репатриация – возвращение армян на земли исторической родины, куда переселилось более 160 тысяч человек. Последние территориальные приобретения России относятся к 1878 г., когда в ходе русско-турецкой войны была освобождена часть Западной Армении с городами Карс и Ани. При новой власти армяне принимали активное участие в экономической, политической, культурной жизни Российской империи, вместе с другими народами осваивали Кавказ и Закавказье.
Первая мировая война и революция 1917 г. вновь осложнила ситуацию на армянских землях. С развалом русского Кавказского фронта турки вернули отвоёванную у них Западную Армению и угрожали захватом Еревана, всей Восточной Армении. 28 мая 1918 г. националистическая партия дашнаков восстановила государственность Армении, а в конце 1920 г. власть перешла к большевикам, которые воссоединили восточную Армению с Советской Россией. После образования в 1922 г. Союза ССР была создана Армянская ССР со столицей в Ереване. Это государство провозгласило свою независимость при распаде СССР в 1991 г.
