Тимофей из Газы

О животных

ΤΙΜΟΘΕΟΣ

ΠΕΡΙ ΖΩΩΝ

§ 23. Орикс (őρυξ) [1]

1. Орикс — рогатое животное, [есть] и другой «орикс» — жалкое существо, [и выглядит], как будто у него [есть] рога.

2. Реки Нил и Гидасп вскармливают ориксов.

3. Египетские жрецы чтят ориксов, так как они предвещают появление Сириуса замечательным фырканьем.

4. У ориксов всегда есть разведчик, и когда он предупреждает их фырканьем о приближении [опасного] животного, они немедленно строятся в боевые порядки и охраняют более слабых [среди них].

5. Орикс встречает льва или [любое] другое животное рогами и убивает его, и случается [иногда], что его самого убивают.

23.1. Ориксы (Oryx gazella) относятся к роду сернобыков. Это крупные антилопы, достигающие высоты в холке 120–140 см и массы более 200 кг. Среди всех других парнокопытных они выделяются длинными (до 120 см) прямыми рогами. Окраска орикса желтовато-песочная. Белый орикс (Oryx gazella leucoryx) населял пустыни Южной Аравии. Восточноафриканский орикс, или бейза, населяет Сомалийский полуостров, Судан, Эфиопию, Кению. Орикс — сухолюбивое животное. Помимо кустарниковой саванны, он часто встречается в пустыне. По сведениям Аристотеля у орикса необычная природа (см. § 31.10), однако позже никто не писал о том, что сернобыки однороги.

Ориксов с успехом показывали в римских цирках. «Зверь не последний среди добычи утренних зрелищ, сколько убитых собак стоит мне лютый орикс» (Марциал. Эпиграммы. XIII.95). Милитаризация римской культуры самым губительным образом сказалась в отношении к диким животным. В 363 г. во время войны с персами в районе города Ктесифона римские солдаты обнаружили заповедник. По словам Аммиана Марцеллина, это «было обширное  круглое пространство, обнесенное изгородью, в котором держали на потеху царя диких зверей: львов с волнистыми гривами, косматых кабанов, страшно свирепых медведей, каковы они вообще в Персии, и других огромных зверей. Наши всадники сломали ворота и перебили всех этих зверей охотничьими дротиками и стрелами» (Аммиан Марцеллин. XXIV.5.2).

Самая выдающаяся особенность орикса — его рога, торчащие копьями, и почти равные длине тела. Восточные авторы полагали, что у старых самок ливийской антилопы рога достигают такой длины, что мешают животным спариваться. Вот что пишет арабский путешественник ал-Бакри о ливийской антилопе: «К числу тех животных, которые встречаются в этой пустыне, относится ал-ламт [2]; это животное меньше коровы. У этого животного тонкие острые рога у самцов и самок. Всякий раз, когда вырастает какое-нибудь из животных, его рог удлиняется, пока не сделается больше четырех шибров [3]. Наилучшие и самые дорогие по цене щиты — [это] те, которые делаются из шкур старых самок антилопы, то есть тех, рога которых длинны из-за значительного возраста животных и препятствуют самцу покрывать самку» (Арабские источники X–XII вв., с. 178). Ал-Гарнати (XII в.), путешественник из Андалузии, посетивший с торговыми целями самые отдаленные земли от Судана до Булгара, запечатлел рассказы о своих странствиях в книге «Подарок умам и выборки диковинок». Об антилопе орикс, обитающей в Судане, он сообщает вполне достоверные сведения: «У жителей этих стран есть животное, которое называется ламт. Оно напоминает большого быка. Два его рога подобны копьям, по длине они равны туловищу животного и тянутся вдоль его спины. Если ламт пронзит ими какое-нибудь животное, то убьет его мгновенно» (Арабские источники XII–XIII вв., с. 25). 

23.2. Видимо, речь идет о том, что ориксы водятся в Африке и Индии. Гидасп — река в северо-восточной части Индии (совр. Джелум). Тимофей вновь упоминает эти две реки, когда говорит о крокодилах (см. §42.1). Сравнение Египта и Индии —излюбленная тема античных географов. «В Южной Индии встречается корица, нард и другие душистые вещества, так же как в Аравии и Эфиопии; ибо Южная Индия похожа на эти страны в отношении солнечного зноя, но отличается от них обилием вод; там воздух влажен и более питателен и более способствует оплодотворению, точно так же как земля и вода. Поэтому-то как наземные, так и водные животные в Индии оказываются крупнее, чем в других странах. Нил, впрочем, также более других рек способен к рождению живых существ, а среди крупных животных особенно порождает земноводных» (Страбон. XV.1.22).

Саблерогая антилопа (Oryx dammah) телосложением и размерами напоминает орикса. Окраска ее, однако, светлее, без черных полос на теле и конечностях. Ее главное отличие — в форме рогов, которые изгибаются назад красивой пологой дугой. Именно саблерогая антилопа, судя по египетским фрескам, была полудомашним животным у древних египтян.

23.3. В Египте Сириус отождествлялся с богиней Сопдет (более известной в греческом варианте как Сотис), а также с Исидой. Гелиакический восход Сотис имел на древнеегипетском особое название wp rnpt, что означало «открыватель года», и отмечался как большой праздник. «Это Сотис, дочь твоя, возлюбленная твоя (т. е. Осириса), сотворяющая зелень твою, в имени ее этом „год“» (Pyr. 965a–b). Процессия жрецов выносила статуи Ра и Исиды и помещала их на крыши храмов, где и ожидала в ночное время восход звезды Сириус. В этот момент начинался праздник «нового года» с его пышными шествиями, литургией и обильными жертвоприношениями. Затем ожидался восход солнечного диска и его последующее слияние с Сотис. Сириус-Сотис самая яркая звезда на ночном небе. Сотис периодически исчезает с ночного неба, период ее невидимости составляет около 70 дней, повторяется из года в год и приходится на одно и тоже время. Особое внимание египтян привлекал первый восход Сотис после периода невидимости, когда звезда появляется на востоке перед восходом Солнца, поскольку этот момент оказался близок к другому важному событию, от которого зависела жизнь страны, — моменту начала разлива Нила [4].

Анукет — в египетской мифологии богиня, дочь Хнума и Сотис, владычица Сехеля — одного из островов архипелага в районе первого нильского порога. Почиталась и в Верхнем Египте, и в Нубии. Священное животное Анукет — антилопа (газель). В обращенном к ней гимне говорится: «Ты приводишь реку и оплодотворяешь землю твоим именем» (МНМ. Т.1. С.89). Бог плодородия Хнум в древности изображался в виде барана с закругленными горизонтальными рогами. Хнум считался подателем воды, хранителем истоков Нила.

Смысл пассажа о том, что египетские жрецы почитают ориксов, предвещающих появление звезды Сириус, раскрывается с учетом следующего обстоятельства. Появление Сириуса (с 22-го по 26 июля) указывало на то, что наступали дни разлива Нила. По свидетельству Сенеки, «Нил разливается в середине лета, начиная перед восходом Пса и кончая после равноденствия» (Сенека. О природе. IV.1.2). «Нила разлив наступает лишь под созвездием Пса и входит в обычное русло, лишь покоряясь Весам, когда Ночь сравняется с Фебом» (Лукан. X.225–227).

В дни, когда Пес, разгоревшись, Титана ярит во вселенной,

Влагу с собой унося, и кровь сжимается в жилах,

И в нестерпимых лучах уже плавится ось мировая, —

Нил, вопреки всему свету, встречает тогда свою зиму:

Мощным паводком он заливает прибрежные села,

Шире Эгейского моря, пучин ионийских бурливей,

И на равнины полей бесконечною гладью ложится.

Клавдиан. Нил. 28 (47). 33–39.

Что же касается фырканья ориксов как магического знака, то напомним туманную реплику Аристотеля, размышляющего о функции носа: «…через него идет и чихание, выход сжатого воздуха — единственный, относящийся к движению воздуха, предвещательный и священный признак» (Аристотель. История животных. I.48). Военному историку Полиэну известен такой случай. Тимофей, самый состоятельный гражданин Афин, во главе Афинского морского союза воевал против Спарты: «Тимофей отправлялся в поход со всем флотом. Кто-то чихнул; кормчий предложил удержаться от похода; моряки триер не отваживались выступать. Тимофей, улыбнувшись, сказал: „Разве это какое-то предзнаменование случилось, если один из такого количества собравшихся чихнул?“ Моряки, рассмеявшись, вышли в море» (Полиэн. Стратегемы. III.10.2). Чихание у греков и римлян, как и у многих народов, было одним из предзнаменований, и различные его виды были систематизированы. Чихнувшему человеку желали счастья (у римлян — salutare). Известно, что император Тиберий настаивал на таком пожелании, даже когда находился в повозке (Плиний. XXVIII.23). Чихание, услышанное с правой стороны, расценивалось как счастливое предзнаменование, с левой — дурное. Если чихнули во время еды, следовало унести блюдо (Плиний. XXVIII.26).

Вернемся к ориксу. Элиан сообщает следующее: «Египтяне, как я слышал, говорят, что орикс первым замечает восход Сириуса и возвещает об этом чиханьем. А ливийцы, похваляясь, настойчиво твердят, что их козы также это предчувствуют и что, кроме того, они предсказывают приближение дождя. Именно когда их выгоняют из хлева, они бегом спешат на пастбище, а потом, насытившись, поворачиваются к стойлам и, глядя в их сторону, неподвижно ждут, пока пастух не поторопится собрать и загнать их» (Элиан. О свойствах животных. VII.8).

Иная картина представлена в «Книге иероглифов» Гор-Аполлона: «Что показывают, [изображая] нечистоту. Изображая „нечистоту“, рисуют орикса, поскольку при виде восходящей Луны он, не отрывая пристального взгляда от богини, издает крик, при этом не благодарит ее и не восхваляет. Знак этот очевиден: когда он роет перед собой копытами землю, зрачки у него закатываются, то есть, сам того не осознавая, он не желает узреть восход богини. Таким же образом он поступает при восходе божественной звезды Солнца. По этой причине древние цари для составления гороскопа, важного для нахождения восходящего светила, использовали середину этого животного в качестве других знаков для точного указания на восход. Именно поэтому жрецы только это животное едят, не ставя на него печать, ведь в нем проявляется некое противоречие по отношению к богу. В пустыне же, в местах водопоя, утоляя жажду, своими губами он мутит воду и смешивает ее с илом, при этом копытами взбалтывает грязь для того, чтобы никакое другое животное не смогло воспользоваться этим водопоем. Посему природа ориксов считается злой и враждебной. Богиня (Луна) порождает и взращивает все, что в мире существует с пользой, но порождает и это зло (то есть орикса)» (Horapollo. I.49).

23.4. Сходное поведение приписывалось однорогим индийским ослам. Согласно Ктесию, «они ходят по равнинам Индии самыми необитаемыми путями, и когда охотники приходят, чтобы напасть на них, они загоняют молодых и нежных жеребят вглубь, сами же сражаются, защищая их» (Элиан. О свойствах животных. IV.52).

23.5. Рога орикса — грозное оружие. Известны случаи, когда ориксы успешно оборонялись от львов и даже убивали их. Соперничая же друг с другом, рога применяют «безопасно». При решении территориальных споров самцы ориксов буквально фехтуют рогами и лишь в крайнем возбуждении хлещут ими друг друга, точно прутьями. Оппиан же сообщает, что эти животные в схватке убивают друг друга. «В лесах живет стадное животное с острыми рогами, дикий орикс, ужасный для зверей. Цвет его бел как весеннее молоко, только щеки черноваты. Спина у него мощная, богатая жиром. Острые, приносящие страдания, копья черных рогов поднимаются вверх. По своей природе они превосходнее острой меди, леденящего железа и твердого камня. Говорят, что в этих рогах содержится яд. Дух орикса надменен и жесток. Не вздрагивает орикс ни от лая охотничьей собаки, ни от свирепого хрюканья дикого кабана среди скал. Не боятся ориксы ни громкого рева быка, их не ужасает печальный голос барса, не бегут они от страшного рыканья самого льва и по дерзости своего духа не обращают внимания на людей. Смелые сильные мужи-охотники, выйдя навстречу опасному ориксу, часто погибали в обрывах. Когда же орикс видит отважного зверя, или дикого кабана с выступающими наружу клыками, или острозубого льва, или смертоносную ярость ужасного медведя, он, тотчас наклонив к земле голову, напряженно упирается лбом, и, воткнув у земли смертельные свои копья, ожидает нападающего, и пронзая, убивает его первым. Либо косо наклонив свой рогатый лоб, с помощью острого оружия, он, выжидая, бросается на зверя. Наводя ужас острыми жалами, он наступает и ни на что не обращая внимания, упорно поднимает вверх неодолимого зверя. Словно крепкий муж, когда ожидает в лесу нападения льва, готовый к этому дару Артемиды, держа в крепких руках подобное молнии копье, хорошо упершись ногами, встречает дышащего гневом зверя, выставив вперед обоюдоострую медь. Так и ориксы тогда ожидают несущихся зверей, чтобы самоубийством укротить друг друга в обоюдном бешенстве. Ибо острия легко проникают в бока. Обильную черную кровь, льющуюся из ран с той и другой стороны, быстро слизывают. Они убивают друг друга, взаимно нанося смертельный удар. И какой-то земледелец, пастух или пахарь, натолкнувшись ногами на два мертвых тела, принимает нежданную добычу с большим изумлением в душе» (Oppian. Cynegetica. II. 445–488). Орикса, описанного Оппианом, принято отождествлять с Antilope Beisa Rupp.

Возможно, об этой же антилопе говорится в армянской географии VII в., где она возглавляет перечень удивительных животных Индии: «В Индии множество гор, рек и островов. Там встречаются: зверь, похожий на лань, с острым рогом, убивающий льва, и носорог; другой зверь, похожий на льва, но с мордой острой и длинной; камелопарды (жирафы), корьян (?), обезьяны, петухи с перьями на бороде, слоны, тигры, драконы, громадные муравьи, львы-муравьи, мыши бешкмшко (мускусный зверек) [5], зверь крокодил, единорог, большой зверь с когтем на хребте, убивающий льва языком, птица гриф [6], мускусная кабарга и рогатый осел» (Армянская география, с. 79). Рогатый осел упоминается и в книге Тимофея (см. § 31.10). Монструозный анталоп описан в одном средневековом сочинении: «Возле реки Евфрат, пишут, есть животное, которое называется антолоп, имеющее длинные рога пилообразной формы; с их помощью оно колосальные дубы без труда из земли вынимает» (De Monstris et Belluis. XXIII).