В Саянах, на одном из глухих островков, покоятся, окутанные тайнами, развалины древней цитадели Пор-Бажын. Туда, в самое сердце загадочной цивилизации воинов и мистиков, давно исчезнувшей в веках, и отправились репортеры «Итогов»...

Древний храм неизвестного культа, ворота в Шамбалу, обитель шаманов – так говорят о тувинской крепости Пор-Бажын. Уже скоро здесь, на небольшом островке, высадится команда ученых. Их задача – отыскать следы исчезнувшей цивилизации. Какие тайны скрывают руины старинной цитадели? Чтобы ответить на этот вопрос, корреспонденты «Итогов» отправились в Туву.

Остров сокровищ

Наша экспедиция в расположенный на высоте 1300 метров над уровнем моря Пор-Бажын пришлась как раз на то время, когда зимняя дорога (зимник) уже растаяла, а летняя еще не окрепла. Сегодня единственный способ добраться сюда – вертолет. Полтора часа лета над глухой саянской тайгой, и вот в иллюминаторе «вертушки» видно правильной формы городище, расположенное в акватории озера Тере-Холь на одном из небольших островов. Идеально ровный прямоугольник стен, а внутри его периметра – расположенные в шахматном порядке фундаменты древних построек. Вертолет зависает над сушей, и мы успеваем разглядеть угадывающуюся даже сейчас мощь некогда существовавших стен и бастионов. И это при том, что глинобитные укрепления осели и покрылись дерном.


Высадившись на соседний с Пор-Бажыном остров, мы, преодолев часть пути по понтонному мосту, оказались у восточного входа в городище. Президент культурного фонда «Крепость Пор-Бажын» Марина Игнатова рассказывает: «Внутри крепостных стен находится целый лабиринт. Южная и северная стены частично разрушены, относительно хорошо сохранились западная и восточная. В середине восточной стены угадываются ворота с привратными башнями». Ученые Института истории материальной культуры РАН и Комитета по охране историко-культурного наследия Республики Тыва, побывавшие здесь ранее, насчитали двадцать шесть прямоугольных помещений.

Продолжение рассказа нашего проводника мы дослушали, уже стоя на развалинах привратной башни: «Помещения, расположенные вдоль стен, вплотную примыкают друг к другу и разделяются глинобитной стеной, за которой находятся квадратные конструкции размерами семь на восемь метров. Они сделаны из сырцового кирпича. Территория перед восточной стеной представляет собой подобие площади перед дворцовым зданием, на которой могли проводиться военные сборы, тренировки или ритуальные церемонии. Внутри двора находятся фундаменты двух зданий, которые, по-видимому, являлись неким дворцовым комплексом».

Что за народ построил древнюю крепость, до сих пор неясно. Три года назад на соседнем с Пор-Бажыном острове Чаваатыр археологи нашли останки древнего воина: вода озера размыла захоронение, в котором оказался скелет воина высокого роста с европеоидным типом лица. Среди находок были стрелы, копье, а также остатки деревянной посуды, тканей, костяных и железных изделий, датируемые XV-XVI веками. Сегодня все эти артефакты хранятся в небольшом музее поселка Кунгуртук.

Туда мы и направились, чтобы попутно встретиться с местным шаманом, который, как нам рассказывали, «освящал» Пор-Бажын.

Смерть синего шамана

Первым, кого мы увидели в сибирском поселке, был начальник местного отделения милиции. Аян Сааевич Токаев. Милиционер, которого местные для простоты называют Сергеич, не привык к вниманию прессы. Токаев неохотно отвечает на вопросы и только смущенно улыбается. Вообще в Сибири не принято сразу заговаривать о делах – сперва надо потолковать о рыбалке и охоте, а лишь потом можно приступать к цели визита. Однако наш неожиданный приезд в сопровождении генерал-майора сибирского центра МЧС Юрия Чечерина стал для милиционера событием поистине чрезвычайной важности, что позволило нам обойтись без традиционной преамбулы.



– Где тут живет шаман, который «освящал» Пор-Бажын? – спросили мы.

– Шаман ушел в горы, – ответил после небольшой заминки начальник ОВД, махнув рукой в сторону белоснежных вершин Саян, за которыми уже начинается территория Монголии.

– А как нам с ним встретиться?

– Вы не поняли. Он умер. Как «освятил» городище, так и умер, – удивленно посмотрел на нас Сергеич.

Такого поворота событий мы не ожидали. Мы готовились услышать пророчество шамана о мести духов, которые покарают всякого, кто нарушит покой древнего святилища Пор-Бажын. Рассказывают, что старик часто уходил на остров на несколько дней. И в поселке слышали глухие удары бубна, которые не стихали несколько суток. Домой он возвращался изнеможенным. Местные жители называли его небесным шаманом. В поселке до сих пор рассказывают на полном серьезе, что усопший владел искусством перевоплощения в зверя.

– Синий шаман очень тяжело умирал, – обронила местная жительница, которая присоединилась к беседе. На наш вопрос – связана ли его смерть с камланиями в Пор-Бажыне – женщина тяжело вздохнула и отвела глаза...

Храм или крепость?

Чем же являлся Пор-Бажын, воздвигнутый приблизительно в VIII веке нашей эры, – оплотом власти или веры? И кто создал эту некогда грозную цитадель? Ответы на эти вопросы и предстоит дать в ближайшее время ученым-археологам. Впервые крепость была обследована в 1891 году русским ученым Дмитрием Клеменцом. Будучи участником экспедиции в Среднюю Монголию, он осмотрел разрушенную крепость и составил ее план. Исследователь отметил некоторое сходство Пор-Бажына с развалинами городища Кара-Балгасун на реке Орхон в Монголии и высказал предположение, что строителями крепости на юго-востоке Тувы был народ, родственный строителям древнего Каракорума. Последний, как известно, был основан Чингисханом и являлся столицей гигантской монгольской империи. Бытует версия, что именно тут, на этом острове, и нашел последнее пристанище великий воитель, поиски могилы которого ведутся по всей Центральной Азии...


Следующим на руинах Пор-Бажына побывал российский этнолог Севьян Вайнштейн. «Впервые я оказался там в 1952 году. Спустя пять лет наша экспедиция приступила к раскопкам, которые продолжались вплоть до 1963 года, – рассказал «Итогам» Севьян Вайнштейн. – По моим предположениям, крепость была построена уйгурским каганом Баян-чором. В ходе экспедиции мы находили черепицу, орнаментальные фрески, выполненные красками красных и оранжевых оттенков, оружие, сосуды, фигурки из глины. Натолкнулись мы и на следы пожарища, из чего родилось предположение, что крепость сгорела, может быть, в результате военного нападения».

Гипотеза по поводу уйгурского городища выглядит наиболее правдоподобной. Дело в том, что уйгуры – представители одного из древнейших тюркоязычных племен – с начала VII века кочевали в Северной Монголии, где и создали свое государство, которое было одним из сильнейших в Центральной Азии. В начале IX века главными врагами каганата стали енисейские кыргызы. Долгое время война между этими племенами шла за Туву, где уйгуры создали передовую линию укреплений. Однако уйгурский каганат пал под ударами кочевников в середине IX века. Вполне логично, что Пор-Бажын был если не столицей каганата, то одной из его самых мощных крепостей, сожженных древними завоевателями. Кстати говоря, сегодня в этом районе проживают люди, говорящие на монгольском языке и называющие себя кыргызами.


«До сих пор история Уйгурского каганата не раскрыла своих тайн, – рассказывает историк Марина Кратова. – Для нас интересны связи этого государства с эзотерическими воинскими культами. Известно, что военное дело и боевые искусства играли исключительно важную роль в жизни кочевых народов». Иными словами, речь идет ни много ни мало как о тайном мистическом сообществе, своего рода рыцарском ордене. Профессор Тувинского государственного университета, доктор исторических наук Николай Абаев считает: «Вполне возможно, что Пор-Бажын был напрямую связан с древнейшим воинским культом Небесного Огнедышащего Змея. Уйгуры поклонялись дракону – богу войны. В стенах крепости ее обитатели прятали от посторонних глаз свои мистические тайны. Боевые искусства играли в культуре азиатских племен, пожалуй, не менее важную роль, чем системы военно-прикладных искусств ушу в Китае».

А вот японский археолог Тэцу Масумото нашел в Пор-Бажыне следы строительных технологий, которые использовались в древнем Китае и дошли до наших дней в архитектуре буддийских монастырей. Исследователь уверен, что расположение зданий, и особенно дворцовое сооружение в центральной части крепости, указывает на принадлежность к храмовому комплексу. Результаты последних исследований сразу же заставили обитателей интернет-блогов заговорить на тему, что Пор-Бажын – это и есть ворота в легендарную Шамбалу.

Комплексная экспедиция на озеро Тере-Холь должна помочь разгадать тайны древней цитадели. Проект собрал самых авторитетных участников, в число которых входят специалисты Государственного Эрмитажа, Института истории материальной культуры РАН, Института этнологии и антропологии РАН. Инициатором проекта стал глава МЧС Сергей Шойгу. Прежде всего ученые проведут детальное изучение памятника с помощью самых последних геофизических, гидрологических и почвоведческих технологий. Затем на территории комплекса начнутся раскопки, а попутно исследования акватории озера, само происхождение которого овеяно легендами. По одной из них, некий хан построил крепость в горной долине, на сухом месте. Озеро появилось здесь позднее, когда вода хлынула из крепостного колодца и залила округу. Тогда убегавший от воды основатель Пор-Бажына поднялся на перевал и по-монгольски воскликнул: «Тери-нур болчи!» («Она стала озером!») Не секрет, что легенды подчас основываются на реальных событиях, которые со временем подтверждаются научными изысканиями. Оправдает ли Пор-Бажын ожидания ученых и откроет ли им все свои тайны? Поживем – увидим.

ВРЕЗ: АВТОРИТЕТНО

В ожидании сенсаций

Историки с интересом ждут результатов раскопок на далеком тувинском острове.

Тигран Мкртычев, заместитель генерального директора по научной работе Государственного музея востока, доктор искусствоведения:

– В результате масштабного исследования предстоит получить информацию о точном времени существования крепости Пор-Бажын. В истории этих территорий есть много белых пятен. Например, известно, что в уйгурском каганате исповедовали буддизм, а затем государственной идеологией стала другая древневосточная религия – манихейство, возникшее в III веке в Месопотамии. Мы надеемся, что результаты экспедиции на Пор-Бажын добавят несколько новых страниц в учебники по истории.

Ирина Аржанцева, заведующая сектором этноархеологии Института этнологии и антропологии РАН, кандидат исторических наук:

– Несмотря на то что об уйгурском каганате собрано немало сведений, все они нуждаются в проверке археологическими методами. Например, есть предположение, что на этом месте некогда был манихейский храм. И специалистам явно предстоит заняться религиозной интерпретацией находок. Конечно же, разговоры о том, что Пор-Бажын – это ворота в Шамбалу, не что иное, как спекуляция. Хотя не секрет, что очень часто археологические памятники становятся объектами поклонения.


Глиняные стены крепости Пор-Бажын были возведены во времена Уйгурского каганата. Сегодня тувинские шаманы совершают здесь обрядовые камлания, чтобы умилостивить таежных богов
(Фото: АНДРЕЙ ЗАМАХИН)


Дмитрий Серков


http://www.itogi.ru/Paper2007.nsf/Article/Itogi_2007_05_06_01_15108.html